Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

банан

Написал про вчерашнее кино

В роли главного эксперта — туповатый отставной мент, прославившийся когда-то пародийными переводами иностранных фильмов, а теперь востребованный как мыслитель в тех случаях, когда другие мыслители брезгуют. «Очередной дегенерат», — говорит мент, и ему хочется ответить: «Спасибо, очень приятно познакомиться», хотя он все равно не поймет. Ему кажется, что теперь он не просто отставной мент, а человек, делающий важное государственное дело. И Константину Семину тоже кажется, что теперь он круче Пивоварова, потому что может себе позволить выяснять отношения с Пивоваровым в эфире федерального канала. Наивный Семин — это без Пивоварова власть обойтись не может и никогда не обойдется, а молодых негодяев, готовых снять кино на заданную тему, на федеральных каналах без счета, они ничего не стоят. И, между прочим, сам Семин, вероятнее всего, о чем-то таком смутно догадывается.

http://www.colta.ru/articles/media/2079
Tsar

Своего рода посвящение Даниилу Гранину

— Я знала Виктора Шендеровича, — скажет старенькая Кристина. — Это был очень талантливый и очень порядочный человек. Бывало, соберемся мы — я, он, Валера Гергиев, Леша Навальный, и Виктор Анатольевич скажет мне: ах Кристиночка.
В студии аплодисменты.
— Я тоже помню Навального, — скажет старенький Коробков-Землянский. — Однажды он позвонил мне и сказал — Одни мы с тобой в России честные люди, Антон.
Снова аплодисменты. Ведущий дождется, пока студия успокоится, и скажет, с нежностью глядя на стариков:
— Пожалуйста, дайте какой-нибудь мудрый совет нашему поколению?
И Кристина Потупчик ответит:
— Главное — жить по совести.
И Антон Коробков-Землянский скажет:
— Важнее всего всегда оставаться человеком.
Передача закончится, камеру выключат, а люди в студии все еще будут аплодировать им стоя — этим двум мощным старикам, пережившим этот бурный и страшный двадцать первый век.

http://svpressa.ru/society/article/82169/
Tsar

Свежий я

Оценивая историю Южной Африки, многие в России смотрят на нее с позиции белых колонизаторов как минимум сорокалетней давности. Почему-то никто в России не хочет оценивать южноафриканскую историю с позиций черного большинства, а ведь с его точки зрения Мандела — безусловный герой. Судьба русских в России в ХХ веке местами очень похожа на судьбу черных южноафриканцев, русские и голодали так же, и работали, и жили черт знает в чем, но мы почему-то гоним от себя это сравнение, нам приятнее идентифицировать себя с белыми, которые пересаживали сердца и играли в регби. Поэтому Манделу мы не любим.

И это даже в какой-то мере объяснимо, у нас ведь даже на историю России очень популярен взгляд с позиции как минимум чекистов, а то и персонально Сталина — «принял с сохой, оставил с атомной бомбой». Мы гордимся победой сорок пятого года, по умолчанию ставя знак равенства между собой сегодняшними и участниками парада Победы на Красной площади, которых, как бы красивы они ни были, было все-таки несопоставимо меньше, чем даже не населения лагерного архипелага, а обычных трущобных людей из переживших войну русских городов и деревень, тех, для кого торжество парадов конвертировалось или в послевоенный голод, или в те же лагеря или во что-нибудь еще нехорошее. В одной и той же стране в одно и то же время запускали в космос Гагарина, Титова и Терешкову и давили танками русских рабочих в Новочеркасске. Мы гордимся космонавтами, идентифицируем себя с ними, о Новочеркасске мы просто не думаем, нет его в нашей картине мира и не было никогда. Солженицын напрасно советовал смотреть на памятник Юрию Долгорукому как на памятник восстанию в Кенгирском лагере. Мы не хотим видеть себя в людях, которых убивали в Кенгире — нам приятнее быть наследниками чужих империй.

http://svpressa.ru/society/article/81032/

http://svpressa.ru/society/article/80901/ - и предыдущее из полемики с нацболами.
Tsar

Почитайте свежего меня

Я настаиваю на том, что именно она и именно в роли журналиста номер один абсолютно адекватна тому состоянию, в котором находится сегодня страна.
Я бы не хотел, чтобы в моем голосе звучали сейчас издевательские нотки, чужой успех - это вообще не лучший повод для издевательств, а то, что мне приходится еще и сопровождать свои слова такими странными пояснениями, свидетельствует, прежде всего, о том кризисе иерархий, который уже не первый год переживает путинская Россия. Собственно, только о Путине сегодня можно сказать, что он в России политик номер один, но и этому определению грош цена, потому что сам Путин на днях, отвечая на вопрос о политике номер два, растерялся и стал зачем-то вспоминать лидеров парламентских фракций, как будто их имена в России хоть для кого-то что-то значат (а если нет политика номер два, откуда же мы узнаем, кто политик номер один?). Так же устроена любая другая сфера русской жизни. У нас нет общепризнанного главного писателя, главного кинорежиссера, главной газеты, главного эстрадного певца. Мы завидуем украинцам, выходящим на митинги с национальным флагом и поющим всей площадью свой гимн - у нас даже флаг и гимн относятся к спорным категориям, а о вещах менее значимых не стоит и говорить - любой титул, любой статус в России почему-то не может быть общепризнанным. Даже смерть генерала Калашникова стала, прежде всего, поводом для новой волны споров о том, сам ли он сконструировал знаменитый автомат. А ведь это Калашников, человек из старых еще времен, а сейчас в России, кажется, люди сразу уже и рождаются спорными, неоднозначными, а иногда и одиозными фигурами.
Подводя итоги года, хочется нарушить это дурное правило и провозгласить Ксению Собчак главным журналистом России, зафиксировать за ней этот статус.

http://svpressa.ru/t/79730/
Tsar

И вот еще почитайте

Это наш вестерн. Советские ковбои в синих милицейских шинелях или элегантных чекистских шляпах гоняются за антисоветскими ковбоями, надевшими те же шинели для маскировки. «Крик совы», например, начинается с того, что раненый милиционер в бреду по-немецки зовет маму. Бородатые индейцы и их жены в старушечьих платках крестятся, наблюдая за перестрелками из окон своих изб. Местная красотка, потерявшая мужа в лагерях, в конце концов полюбит шерифа в штатском. Официант в пивной «Синий платочек» окажется гомосексуалистом. После финальной перестрелки загнанный в угол злодей вытрет окровавленное лицо и признается, что ненавидит советскую власть.
Если много лет делать одно и то же, само повторение станет самостоятельным действием. Это низкий жанр, это трэш, это дешевка, но количество всегда переходит в качество — сто фильмов с одинаковыми костюмами, интерьерами и сюжетами образуют язык, на котором будут говорить даже те, кому он не нравится. Потом придет Тарантино и скажет на этом языке что-нибудь совсем новое и получит каннскую пальмовую ветвь, а город Остров Псковской области станет нашим советским Твин Пиксом.

http://svpressa.ru/society/article/77015/
Tsar

Свежий я про Евтушенко

Все, что тридцать, даже двадцать лет назад могло звучать сенсационно, все, о чем можно было спорить, звучит теперь до неинтересного просто. В начале фильма Евтушенко называет себя «поэтом, которого при жизни называют великим в разных странах» — в восемьдесят каком-нибудь году зритель засмеялся бы, мол, ох уж этот Евтушенко. Сейчас даже не улыбнешься. Фамилией Гангнус авторы «Нашего современника» и «Молодой гвардии» дразнят Евтушенко, кажется, до сих пор, а в фильме он скучно рассказывает — ну да, родился с такой фамилией, но «быть русским поэтом с фамилией Гангнус было бы значительно труднее». Даже то, что и сегодня могло по всем признакам прозвучать сенсационно, не заставляет вздрогнуть — тот же Роберт Кеннеди, оказывается, рассказал Евтушенко, что псевдонимы Синявского и Даниэля советской стороне раскрыли американцы, которым было выгодно медийно перебить свои вьетнамские неудачи долгоиграющей темой расправы над писателями в СССР. Тема вполне первополосная и десятилетия спустя, но вот рассказал Евтушенко об этом Волкову — и кого это может заинтересовать? «Как именно вы хотели? — деловито спрашивает Волков о самоубийстве. — Повеситься, вены вскрыть, таблетки взять?» В обычной ситуации посмеяться можно хотя бы над этим, но эффект интервью старого человека срабатывает и здесь, в самом деле — почему бы не спросить его о венах и таблетках?

http://www.colta.ru/articles/literature/935
Tsar

Написал, что все умерли

Война 1941-45 годов сегодня – это такой же острый дискуссионный сюжет, как и тема ЛГБТ, клерикализации общества или велопарковок в Москве. Повод для скандальных заявлений, гневных высказываний и демонстративных обид. Есть только одна проблема. Война закончилась почти семьдесят лет назад. «Нет ни страны, ни тех, кто жил в стране». Аргумента «деды воевали» не существует, нет сегодня в мире ничего, что держалось бы на том, что деды воевали. Легитимность государств, в том числе российского, порядки и привычки, границы, традиции – сегодня нет ничего, что имело бы отношение к той войне. Георгиевскую ленточку придумали журналисты РИА «Новости» в 2005 году, не более того.
Люди умерли все – умер мой дед, умер писатель Астафьев, умер маршал Жуков и вообще все маршалы, в том числе маршал Берия, умер Сталин, умер Гитлер, умерла ялтинско-потсдамская Европа, умер Илья Эренбург, который писал о войне лучше всех, и даже кинорежиссер Герман, который не воевал, но снимал о войне хорошие фильмы, тоже умер. Умерли все, все лежат в одной и той же земле и не имеют больше вообще никакого отношения ни к чему. Парад 9 мая принимает генерал Шойгу, о чем тут вообще можно говорить.

http://svpressa.ru/society/article/70034/
Tsar

Написал про Коровина

Законы на рынке сплетен буквально те же, что и на рынке обычных новостей. Бизнесмен Полонский дает интервью сотнями, и поэтому он никому особенно неинтересен. Бизнесмен Сечин интервью не дает совсем, поэтому даже я, далекий от нефтяной тематики человек, мечтаю взять у него интервью (и у меня даже готов первый, он же последний, вопрос: «Игорь Иванович, ну какого черта, а?»). Или про Волочкову – она так назойливо объясняется в любви Николаю Баскову, что всерьез сплетничать о Волочковой просто неприлично. Другое дело – депутат Мария Кожевникова: уже который раз, обсуждая с кем-нибудь светские сплетни, я слышу вопрос о личной жизни депутата Кожевниковой, и ни у кого нет ответа на этот вопрос. А ведь у Марии Кожевниковой должна быть какая-нибудь личная жизнь, которая бы все объясняла. Версия «дочка хоккеиста» с самого начала была так себе, а сейчас не работает вообще. Хоккеистов на свете много, и дочек у них тоже много, а депутат Кожевникова – одна. Вот каннская вечеринка Chopard, на которой даже Ума Турман – не звезда Тарантино, а жена Арпада Бюссона, – так вот, на этой вечеринке, где собираются крупнейшие в мире клиенты ювелирного бренда, из полутора допущенных туда русских одна – Мария Кожевникова, и вот сиди и гадай, она там как кто? Как дочка хоккеиста, как звезда сериала «Универ», как депутат Государственной думы или как кто-нибудь еще? И вообще-то об этом писать бы российским таблоидам, но они почему-то предпочитают публиковать прослушки Навального и Офицерова, заботливо слитые им Следственным комитетом.

http://slon.ru/russia/kashin_pro_korovina-948619.xhtml
Tsar

Написал про фильм про Харламова

Этот сюжет — одиночка-харизматик против тупой и бесчеловечной системы — повторяется во всех мейнстримовых фильмах последних лет, если действие таких фильмов происходит в советские годы. Так было в «Девятой роте», так было в «Ликвидации», так было, между прочим, в «Предстоянии» и «Цитадели» — удивительно, но все точки расположились на одной линии, через них можно провести прямую, хотя по всем признакам, такой прямой быть как раз не должно. Воззрения и Михалкова, и Бондарчука, и телевизионных начальников общеизвестны, никакой антисоветчины в их внекинематографических речах никто никогда не слышал. Напротив, все они демонстративно лояльны нынешнему режиму, который год эксплуатирующему советский стиль в политике и в культуре. Но стоит только оказаться на съемочной площадке, как все советские ценности растворяются в воздухе, и в каждом новом блокбастере звучит невозможная сейчас на трибунах и в теленовостях и при этом вполне правдивая мысль: все хорошее, что у нас было в советские годы, происходило исключительно вопреки коммунистической власти, что при Сталине, что при Брежневе. Современный российский киномейнстрим проводит эту мысль так последовательно, что это не может не восхищать. Кажется, кино сегодня превратилось в главного оппонента нашей бархатной ресоветизации. Когда в новостях показывают Путина, возрождающего звание «героя труда», не ждите возражений в следующем сюжете. Выключите телевизор, сходите на новый фильм про Харламова и посмотрите, как отвратителен обвешанный этими звездами Брежнев в генсековской ложе ледового дворца ЦСКА, и как прекрасен Тарасов, в знак протеста посреди матча уводящий с площадки свою команду.
Через сколько-нибудь десятилетий, когда в стране все изменится, и уже не нужно будет хранить нынешние секреты, я обязательно разыщу постаревшего Антона Златопольского и спрошу его, как ему удавалось одновременно продюсировать советские новости на «России-1» и антисоветское кино. Как он смог, как он выдержал?

http://seance.ru/blog/legenda_17_kashin_review
Tsar

На Ъ-фм про Твин Пикс и Бастрыкина

Люди моего поколения, наверное, догадались бы, фабрикуя то самое "решение номер 14", залезть в меню "Свойства" и исправить время создания файла. Но эти райкомовские дядечки из Крымска — откуда им было об этом знать? Вот и получат теперь, не каждый день в руки Следственного комитета попадаются настолько очевидные виновники катастрофы. Кто виноват, что Крымск затопило? Крутько, Улановский и Жданов.
Но если бы мы с вами писали детектив с таким сюжетом, это был бы очень скучный детектив. Это как если бы в сериале "Твин Пикс" Лору Палмер убила бы женщина с поленом. Ее бы взяли с поличным, она бы во всем созналась, но сериал из шедевра превратился бы в тупой проходняк про убийство, никто бы его не вспоминал.
Но вообще-то, хоть Крымск и сопоставим по размерам и по степени общего безумия с Твин Пиксом, происходящее вокруг катастрофы этого города — сюжет для совсем другого кино.
В позднесоветские годы были популярны такие истории о каких-нибудь катастрофах, в которых формально виноват машинист тепловоза, а на самом деле — виноваты все семьдесят лет административно-командной системы. Главный фильм этого жанра — "Остановился поезд" Абдрашитова и Миндадзе, но не надо забывать, каким был информационный фон, на котором такие фильмы смотрелись особенно жутко. Капитаны Марков и Ткаченко с "Адмирала Нахимова" и "Петра Васева", или директор Чернобыльской АЭС Брюханов — наверное, это были последние громкие процессы в истории СССР, но кто их помнит сейчас и кому придет в голову сейчас говорить, что в Чернобыльской катастрофе был виноват директор станции?
Трудно спорить с тем, что у каждой катастрофы есть фамилия, имя и отчество, но почему-то, даже если в распоряжении следствия есть сфабрикованное "решение номер 14", принцип персональной ответственности срабатывает с поразительной неточностью.

http://www.kommersant.ru/doc/1987877