December 24th, 2009

Tsar

Для тех, кто не спит

115.11 КБ
Впрочем, каковы бы ни были книги Григория Бакланова, его роль в истории русской литературы — может быть, даже вопреки его воле,— связана не столько с собственной прозой, сколько с редакторской карьерой. Возглавив в 1986 году журнал "Знамя", засушенный и задушенный многолетним редакторством Вадима Кожевникова (который, между прочим, сам, получив от Василия Гроссмана рукопись "Жизни и судьбы", отнес ее на Лубянку), Бакланов превратил это "Знамя" в, быть может, главный литературный журнал перестройки. Имя Бакланова вполне заслуженно ассоциируется с такими знаковыми для конца восьмидесятых публикациями, как "Собачье сердце" Булгакова, "Мы" Замятина, "Новое назначение" Бека, "Охота" Тендрякова.
Редакция "Знамени" находилась на улице 25 Октября (теперь это Никольская) рядом с Красной площадью, и кто-то из газетных интервьюеров писал тогда, что это, конечно, неспроста — слыша в окно рабочего кабинета звон кремлевских курантов, Бакланов не может не шагать в ногу с перестройкой. Он и был настоящим прорабом перестройки — писал Михаилу Горбачеву открытые письма с призывом не сворачивать с выбранного курса, вместе с Джорджем Соросом создавал фонд "Открытое общество", благодаря которому в девяностые все, включая "Знамя", толстые журналы, смогут выжить, обедал с Рональдом Рейганом, получал (и публиковал в "Знамени") анонимки с угрозами от "боевиков общества "Память"". Не факт, что боевики были настоящими, но с патриотической общественностью он действительно начал конфликтовать еще задолго до моды на антифашизм — в 1949 году во время защиты дипломов в Литинституте, публично обозвал фашистом будущего колумниста газеты "Завтра" Владимира Бушина, вызвав колоссальный по тогдашним меркам скандал, и только шестьдесят лет спустя сознался мне в интервью, что был в тот момент пьян, а если бы не был, то не стал бы обзываться.
Из "Знамени" он ушел в 1993 году. Вспоминал, что однажды задумался — годы идут, в редакции ремонт, надо чинить один туалет и строить второй, женский, новых книг давно нет, надо успеть написать что-то еще — пора уходить. Ушел, но не написал ничего, кроме мемуаров, о достоинствах которых можно спорить, так же как и о достоинствах повестей вроде "Южнее главного удара". Но вот первый российский издатель "Собачьего сердца" заслуживает того, чтобы его помнили, совершенно бесспорно.

http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=1298140

Пока я пишу обещанный пост, почитайте вот некролог сегодня написал для отдела культуры.
Tsar

По поводу Божены

Тут действительно ничего интересного не будет написано и действительно единственное, что меня мотивирует написать этот пост - сейчас у меня есть единственная возможность его написать, хотя придумал я его чуть ли не год назад (ну, в общих чертах). Поэтому безо всяких архитектурных излишеств, по пунктам и вперемешку:

- Комменты к "тому самому" посту меня действительно шокировали; применительно к ЖЖ это, наверное, звучит странно в том смысле, что чего здесь еще может шокировать. Обычные блоггеры, которые пришли в тот пост - не в счет, конечно, но видеть многих своих френдов, которые подробно и обстоятельно объясняли Божене, какая она дура, мне было действительно странно и неприятно, и, обнаружив в комментах Юру Гиренко, виноватого только в том, что, с одной стороны, я знаю его лично, а с другой - не уважаю, - я непропорционально обрушил на него всю ярость, которая у меня скопилась после этих комментов. Мне кажется, я должен перед ним извиниться за те слова, которые я ему тогда написал. Юра, извини меня, пожалуйста.
Понимаете, друзья, дураки и дуры - они в огромных количествах ходят по улицам и работают с нами в одних и тех же учреждениях, и сильных эмоций они вызывать не могут в принципе, и если вы готовы тратить столько времени, столько букв, столько нервов на то, чтобы объяснить Божене, что она дура, то с вами происходит что-то не то.

- Сама же Божена (и вашу реакцию на нее стоит считать очередным этому подтверждением) - она, мне кажется, один из двух, наряду с Колесниковым главных журналистов нулевых годов, и ничего с этим не поделаешь, нужно относиться к этому как к данности. Юрия Аммосова, которого я вообще-то люблю и все такое - его не существует. Я не представляю, как должен называться учебник, в котором упоминался бы Аммосов. Учебник, в котором упоминалась бы Божена, представить могу легко - хоть история, хоть литература, хоть пиар, хоть что угодно.

- При этом от второго главного журналиста эпохи, от Колесникова, Божена отличается одной принципиально важной вещью. Количество книг, состоящих из разных статей Колесникова, уже вполне сопоставимо с количеством спама в среднестатистическом почтовом ящике. Собрать какие бы то ни было тексты Божены хотя бы в маленькую брошюрку - невозможно в принципе.

- Тут, наверное, стоит пояснить - журналист состоит из двух основных умений, умения копать и умения писать. Умение Божены копать никакому аудиту не поддается - примерно с тем же успехом можно всерьез анализировать рынок героина или заказных убийств. Никто точно не знает, сколько раз в месяц и к каким вице-премьерам условная Милла Йовович приезжает работать тамадой. Если Божена узнала и написала об этом однажды, а Милла Йовович была в Москве сто раз, то это не значит, что Божена прососала Миллу Йовович 99 раз. Не знаю, понятно ли я выразился, в комментах можете что-нибудь уточняющее спросить.

- С умением писать у Божены тотальный пиздец. Собственно, ее карьера - это лабораторно чистое подтверждение тому, что у нас никто ничего не читает. У нее очень плохие заметки( кто не верит, может их прочитать хотя бы в Газете.ру), но все почему-то думают, что хорошие.

- При этом Божена гениальный блоггер, типа Шоладеми или Радуловой (поскольку оба символизируют, помимо прочего, коммерческую джинсу, должен уточнить, что совершенно не имею ее в виду; по-моему, в ЖЖ у Божены ее не было никогда) в том смысле что, даже не знаю, сознательно или интуицией умеет вызывать у блоггерских масс сильнейшие эмоции. Это тоже, в принципе, очевидно, и тут тоже ничего особенного говорить не нужно, вы и так понимаете.

- Но при этом и Божена-блоггер - это совсем не тексты; ЖЖ ее, если разобраться, еще более неприличный, чем тексты в изданиях. Божена-блоггер - это образ, но это действительно очень крутой образ.

- И вот чего, судя по всему, никто не понимает - это полностью придуманный образ. Мы не знаем про нее ничего - ни сколько ей лет, ни как ее на самом деле зовут, ни кем она была до того, как Алена Антонова привела ее в Ъ (точнее - до "Известий", про Ъ-то тоже можно ориентироваться на Боженино интервью, кажется, Харперз-базару, в котором она излагала свою версию по поводу месяца внештатничества в Ъ в 2004 году). Меня очень впечатлили ее комменты в том моем посте, когда она писала, что готова показать очередному оппоненту свои паспорта, пенсионные документы и водительские права, в каждом из которых написано "Божена" (а не "Евгения", как настаивал оппонент) - ну вот черт его знает, мне бы не пришло в голову кому-нибудь, кто назва бы меня Петей, показывать паспорт, доказывая, что меня зовут Олег. Но если бы для получения паспорта и прав на имя Олега мне пришлось бы приложить какие-то серьезные усилия, то да, я бы, наверное, тоже стал всем показывать паспорт - зря, что ли, я его с такими серьезными усилиями себе выправлял. То же (в смысле - важный штрих к портрету) можно сказать и о посте в ру-маркете о продаже за тысячу рублей стиральной машины "Вятка-автомат". Ну и так далее вплоть до пресловутой жилетки.

- У Ольшанского когда-то был (правда, не про Божену, а про Наталью Осс, но смысл тот же) очень правильный пост насчет того, что то, что нам - ну опять же, назовем эту аудиторию блоггерами, - то, что нам кажется гламуром, на самом деле не гламр - настоящий гламур существует в совершенно параллельных мирах, и женщины этих миров если и используют для чего-то буквы и вообще письменную речь, то только для писания смсок, те же, кто изображает гламурных женщин перед нами, на самом деле - пытающиеся прорваться в те миры выпускницы журфаков и литинститутов. С этой точки зрения я бы обратил внимание на отношение Божены к советской поэзии, при этом тоже важный момент - она называет Шпаликова советским поэтом, и это, мне кажется, свидетельствует о том, что "журфак и литинститут" Божена проходила самостоятельно; история про советскую поэзию кажется мне ключом к настоящей Божене - вот сидит девушка, днем торгует на рынке, а вечером читает книжки, чтобы всех победить и больше на рынке не торговать.

- И действительно побеждает, но кто сказал, что легко и приятно жить, когда все вокруг верят в тот твой образ, который ты придумал?

- Петрик (вот, кстати, а он кто - психолог или шизофреник?) мне рассказывал про тест для шизофреников - просили нарисовать праздник, нормальные люди рисуют какие-то воздушные шарики, цветочки и музыкантов с дудками. Шизофреник рисует воткнутую в землю лопату. Почему лопата? Ну как же, никто не работает, лопата торчит в земле,все ушли праздновать - и ты думаешь - черт, а ведь это глубже и тоньше, чем шарики и цветочки. И это действительно глубже и тоньше, но тот же глубокий и тонкий человек почему-то кусает прохожих.

- Собственно, те девятьсот комментов к посту про Божену - это история о том, как магически действует на глупых людей человек, рисующий лопату вместо цветочков - когда не понимаешь, но чувствуешь, что что-то такое происходит, - это тебя завораживает, и ты пытаешься себе это объяснить, не можешь и потому злишься.

- " Замечу тоже, что, кажется, ни на одном европейском языке не пишется так трудно, как на русском", поэтому пусть меня извинят те, кто ждал от этого поста чего-то другого.