July 12th, 2009

Tsar

Про Смешариков

Думаю, после всего перечисленного все уже ясно. Нам показывают относительно благополучный кусочек пост-апокалиптического мира, а Страна Смешариков – это очень обширное замкнутое убежище, предназначенное для проживания в нем выживших. Скорее всего, судя по размерам, убежище было рассчитано для значительно большего числа обитателей, но обстоятельства катастрофы помешали остальным потенциальным «резидентам» до него добраться. В одном из эпизодов сериала природа объекта «СС» открывается прямым текстом, когда Ежик с Крошем достигают на лодке «конца мира», и «море» неожиданно заканчивается, под геометрически правильным прямым углом обрываясь вниз.
Описанный профессиональный состав взрослых наводит на мысль, что они были специально собраны и помещены в убежище загодя для подготовки его для функционирования, и только дети оказались там случайно, перед этим лишившись родителей. Кстати, как раз по детям можно довольно точно определить, сколько времени прошло с момента катастрофы. Судя по поведению и степени самостоятельности Крошу, Ежику и Нюше около четырнадцати лет. Барашу, видимо, в районе семнадцати. И как раз по нему проходит граница между жизнерадостными детьми и явно нервно и психологически нездоровыми взрослыми, с которыми в этом смысле Бараш, увы, брат по несчастью. Вернее всего предположить, что наиболее дети в момент катастрофы были еще настолько малы, что мало что смогли понять, но на тех, кто был хотя бы чуть постарше происходяще обрушилось во всем его ужасе. Таким образом, Конец Света случился десять-двенадцать лет назад.
«Нефункциональный» Каркарыч, явный руководитель колонии – скорее всего, владелец убежища, спонсор и организатор проекта по его постройке. Он, кстати, из взрослого населения колонии выглядит и наиболее психически устойчивым, в отличие от других взрослых, которые часто проявляют признаки нервных расстройств и меланхолии.

http://andronic.livejournal.com/396490.html
Tsar

Ровно год назад

Наверняка тогда все пропустили, а между тем год назад я написал вот такие стихи, которые Шаргунов потом напечатал в НГ-Экслибрисе:
В большой стране, пережившей многое,
Идущей непонятно куда непонятно какой дорогою,
Живущей от «Взгляда» до «До и после полуночи»
И не знающей, когда со снабжением станет хотя бы чуть лучше;
В большой стране, измученной межнациональными противоречиями,
В стране, лидер которой слишком увлечен международными встречами
На высшем уровне и слишком подвержен влиянию жены,
Которую, в свою очередь, ненавидит все взрослое население страны;
В стране, живущей не будущим и даже не настоящим,
В стране, которая года через два обязательно сыграет в ящик
И распадется как минимум на пятнадцать независимых государств;
В стране, в которой в магазинах нет мыла, а в аптеках лекарств;
В стране, которая забыла, как звучит русская народная (или хотя бы Александры Пахмутовой) песня,
Потому что свердловский и ленинградский рок ее населению по непонятным причинам кажется интересней;
В стране, в которой самая заметная кинематографическая премьера – Это даже не «Асса», а вообще «Маленькая Вера»;
В стране, которую легко ненавидеть и просто невозможно любить,
Я очень, очень, очень, очень хотел бы жить.

http://exlibris.ng.ru/non-fiction/2008-07-31/6_nostalgia.html
Tsar

География ада причудлива

В самом деле, Майкл, как символ грядущего постчеловечества, существо без пола, возраста, расовой и национальной принадлежности – явление гораздо более серьезное, чем какой-то там Аксенов. Заурядная личность, жук в деревянной коробке. О мертвых либо плохо, либо ничего. Глупая банальность. Надо быть честными и говорить все, что ты думаешь, каким бы неудобным и шокирующим это не выглядело.
А раз так, то ни стоит чрезмерно сожалеть, что еще один враг твоей страны и твоего народа ушел в мир иной. Может быть, там его стремление к нигилизму, спрятанное за розовой мещанской занавесочкой наконец-то найдет свое окончательно воплощение. Его там встретят грустный Юра Никулин, шизоидные Сахаров и Солженицын и чудовищный Ельцин, приветит печальный Окуджава, и они еще споют и спляшут и все их существование будет как один тошнотворный роман Аксенова.
География ада причудлива и если с чем и можно ее сравнить, так с текстами, словами расползающихся клякс из романов вечных шестидесятников, каким и оставался всю жизнь покойный. Вместо создания центра магического притяжения, бесовского ли, как в случае с Джексоном, ангельского ли, слюной пузырилась очарованность Западом, который словно крысолов из немецкой сказки увлекал за собой то ли крыс, то ли детей и вел их все дальше и дальше, туда, где зияла пропасть смерти, вечный вопрос, на который шестидесятники не могли да и не хотели отвечать.

http://rossia3.ru/politics/russia/aksenov