March 26th, 2009

Tsar

К известному юбилею написал

Сегодня, если спросить кого-нибудь (не тинейджера, разумеется, и я даже не упрекаю тинейджеров в невежестве – в самом деле, обязаны ли они это знать?): «Кого из народных депутатов СССР вы помните?» – полагаю, многим прежде всего, кроме уже названного Сахарова, придут на ум имена Юрия Афанасьева, Гавриила Попова, Анатолия Собчака, Сергея Станкевича и других «межрегионалов». Люди с более цепкой памятью вспомнят Евдокию Гаер или отчаянно выдвинувшегося против Михаила Горбачёва, когда избирали советского протопрезидента, председателя Верховного совета, мэнээса из Мурманской области Александра Оболенского. Совсем уж эстеты назовут харьковского таксиста Леонида Сухова.
А депутатов при этом было две тысячи двести пятьдесят человек.
Вначале, конечно, это не так бросалось в глаза – микрофонов в зале было двенадцать плюс один на трибуне. Для полутора-двух десятков ярких ораторов вполне достаточно, и страна поначалу была настолько увлечена, скажем, спорами депутата Сахарова с депутатом Червонописским об афганской войне (депутат Евтушенко даже написал по этому поводу стихи «Брось, речистый, плечистый афганец, кулаком над учёным трясти»), что трудно было думать о чём-то другом. И, когда уже ближе к концу I Съезда прозвучали слова Юрия Афанасьева об «агрессивно-послушном большинстве» (речь шла о выборах «малого парламента» – Верховного совета СССР из числа народных депутатов большого Съезда), наверное, не все сразу поняли, что он имеет в виду.
В действительности же Афанасьев, может быть, первым понял, что цветущая сложность I Съезда – всего лишь более эффективный, чем прежний советский псевдопарламентаризм, инструмент контроля. Когда большинство лояльно Горбачёву, красноречие трибунного Собчака или того же Афанасьева ни на что всерьёз не повлияет – ну, скажет Афанасьев про «агрессивно-послушных», а сила-то всё равно на их стороне.
Вероятно, поэтому уже через год после сенсационного I Съезда будничный третий спокойно перевёл Горбачёва из протопрезидентов в президенты, новыми звёздами союзного парламента стали депутаты из группы «Союз» (полковники Алкснис и Петрушенко, Коган из Эстонии и Блохин из Молдавии, даже Сажи Умалатова – кто слышал о них весной восемьдесят девятого?), а демократы переместили точку приложения своих сил на Моссовет, Ленсовет и Верховный совет РСФСР. IV Съезд, на котором вице-президентом избрали Геннадия Янаева (помните знаменитое «жена не жалуется»?), на фоне мрачной зимы девяностого – девяносто первого выглядел уже безнадёжным советским рудиментом при том, что в зале сидели ровно те же депутаты, которых выбирали весной восемьдесят девятого и на которых смотрели, затаив дыхание, летом того же года. Буквально те же люди – разве что без Сахарова, который умер, и без Марью Лауристин, которая вместе с другими прибалтийскими депутатами, поддержавшими независимость своих республик, перестала приезжать в Москву на съезды весной девяностого.

http://russkiymir.ru/ru/publication/index.php?id4=8847